koshchey (koshchey) wrote,
koshchey
koshchey

Мои корни. Часть 1.

Мои первые воспоминания, могут вам показаться плагиатом Юза Алешковского, чувства и впечатления, хотя той же самой эпохи, всегда были со мной, но только в 2003г., читая «Карусель» я ощутил всю свою реальность детства. Заранее хочу сказать, что нет в моём роду евреев, это – по поводу Алешковского. Со стороны мамы, поголовно все – волыняки, а вот со стороны отца, смесь довольно таки богатая, хотя преимущественно славянская.
Меня зовут Роберт Игоревич Верезубов. Я родился в Киеве третьего апреля 1961г, на Сталинке, нынешней Демидеевке, Московского района, в роддоме, не помню (не знал, не знал и забыл) номера, который находится на проспекте 40-калетия Октября между Добрым Путём и Рыльского. В последний раз когда я был в Киеве, роддом ещё существовал и проспект не переименовали. Несмотря на то, что чувствую себя украинцем, пишу по-русски, потому, что мои воспоминания детства были на русском. Свои украинские корни я осознал и принял много лет спустя, уже в Аргентине. Обожаю и владею родным языком (украинским), но пишу на русском, чтоб меня могли прочесть близкие и любимые люди, которые по-украински не понимают. Прошу извинения за украиницизмы в речи, а также за использование жаргонной лексики, но без этого будет трудно окунуть читателя в мою реальность.
И так. Ближе к делу. Мою маму зовут Лидия Федотовна Борисюк, родилась 24 октября 1932г в Пиньейро, окраина Буэнос-Айреса, Аргентина. Дочь украинских эмигрантов из Волыни. Мой дедушка, Федот Константинович Борисюк, родом из села Городок Маневического района, приехал в Буэнос-Айрес в 1927г из Гданьска, оставив свою жену, мою бабушку, Пелагию Федотовну Горайчук, беременную моим дядей Иваном, далее Хуан, в своём отцовском доме. Мой дед уехал с большой обидой на свою семью из-за несправедливого распределения наследства его дедушки (согласно его версии, которую я никогда не смог проверить). Прошу не забывать, что те времена, Волынь принадлежала Польше и не было особых препятствий для выезда. Мой дед сел на первый корабль отправляющийся в «Америку», в самом деле, он собирался ехать в Штаты, не осознавая разницу между США и Америкой континентом. Важно добавить, что дед, 1903г рождения, попал в детстве в гражданский плен к австрийцам в течение Первой Мировой Войны и был с семьёй вывезен в Линц. Он закончил только 6 классов сельской церковно-приходской школы. Я постараюсь особо не распространятся семейными историями, а только выдать общую панораму, необходимую, для описания моего происхождения и среды, в которой я вырос.
И так, мой спустя 3 года, дедушка заработал на билет и «выписал», согласно его словам, бабушку и сына. Моя бабушка была неграмотной и умерла, так и не научившись читать 31 декабря 1998г. А вот на счёт её возраста, – никто толком не знал. Документы были выписаны на 1903г, но также известно, что эта метрика фальшивая. Уже после Первой Войны, и ради избежания призыва в польскую армию, в церковных реестрах меняли дату рождения парней, а как семьи, особенно сельские, были многодетными, по одному в год, то приходилось менять год рождения всех братьев и сестёр. Сейчас, и не без основания, думаю, что бабушка была 1907г. рождения. Согласно её словам, война началась, когда ей надо было начинать школу, и Волынь была захвачена австрийцами.
И так, в 1930г бабушка прибывает в Аргентину, а в 1932г рождается моя мама. В 1933г они переезжают в Бериссо, пригород Ла-Платы, в 60 км от Буэнос-Айреса. Бабушка приехала в начало кризиса 30-х годов и по стране пошла страшная безработица. Дедушка работал и на стройках, на опасных высотных работах, и ездил на сборку урожая кукурузы. Бабушка, в свою очередь работала и домработницей (за что деду никогда не могла простить) и брала стирку и глажку на дом. В 1934г, когда в Бериссо, в порту, открылись два огромных мясокомбината, Swift и Armour, бабушка и дедушка постарались устроиться, но как раз набирали только женщин, для сосисочного цеха. Бабушка, с моей мамой на руках, которой было полтора года, хотела устроиться, но начальник отдела кадров не захотел её взять, из-ха того, что у неё маленький ребёнок на руках. Бабушка расплакалась, что у мужа тоже нет работы и что ребёнка кормить нечем. Тогда начальник отдела кадров сказал, чтоб позвала своего мужа, а что её возьмёт на работу, когда ребёнку исполнится 5 лет.
Своё слово он выполнил. За 3 года работы дедушки в колбасном цеху они смогли купить земельный участок, и потихоньку начали выстраивать дом. Несмотря на то, что банки выдавали очень мягкие кредиты на покупку жилья, иммигранты очень боялись входить в долги. Это считалось непорядочным. Они выстроили кирпичный дом на 6 комнат (он до сих пор стоит и находится в отличном состоянии). К 1953г, когда бабушке по документам исполнилось 50 лет она вышла на пенсию, (скажем, что её отправили насильно: производство считалось вредным. В те времена женщины выходили на пенсию в 55, а мужчины в 60), они накопили небольшое состояние, на которое бабушка хотела покупать ресторан на набережной напротив пляжа, в Quilmes, пригород в 20 км от Буэнос-Айреса. В те времена это был очень хороший и богатый район. Но судьба сложилась совсем иначе.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments