koshchey (koshchey) wrote,
koshchey
koshchey

19 días y 500 noches-

Слова и перевод под катом. Взято у http://es.lyrsense.com/joaquin_sabina/19_dias_y_500_noches

https://www.youtube.com/watch?v=qahBeZB1g54




19 días y 500 noches

19 дней и 500 ночей

Lo nuestro duró 
lo que duran dos peces de hielo 
en un güisqui on the rocks, 
en vez de fingir, 
o, estrellarme una copa de celos, 
le dio por reír. 
De pronto me vi, 
como un perro de nadie, 
ladrando, a las puertas del cielo. 
Me dejó un neceser con agravios, 
la miel en los labios 
y escarcha en el pelo. 

Tenían razón 
mis amantes 
en eso de que, antes, 
el malo era yo, 
con una excepción: 
esta vez, 
yo quería quererla querer 
y ella no. 
Así que se fue, 
me dejó el corazón 
en los huesos 
y yo de rodillas. 
Desde el taxi, 
y, haciendo un exceso, 
me tiró dos besos... 
uno por mejilla. 

Y regresé 
a la maldición 
del cajón sin su ropa, 
a la perdición 
de los bares de copas, 
a las cenicientas 
de saldo y esquina, 
y, por esas ventas 
del fino Laina, 
pagando las cuentas 
de gente sin alma 
que pierde la calma 
con la cocaína, 
volviéndome loco, 
derrochando 
la bolsa y la vida 
la fui, poco a poco, 
dando por perdida. 

Y eso que yo, 
paro no agobiar con 
flores a María, 
para no asediarla 
con mi antología 
de sábanas frías 
y alcobas vacías, 
para no comprarla 
con bisutería, 
ni ser el fantoche 
que va, en romería, 
con la cofradía 
del Santo Reproche, 
tanto la quería, 
que, tardé, en aprender 
a olvidarla, diecinueve días 
y quinientas noches. 

Dijo hola y adiós, 
y, el portazo, sonó 
como un signo de interrogación, 
sospecho que, así, 
se vengaba, a través del olvido, 
Cupido de mí. 
No pido perdón, 
¿para qué? si me va a perdonar 
porque ya no le importa... 
siempre tuvo la frente muy alta, 
la lengua muy larga 
y la falda muy corta. 

Me abandonó, 
como se abandonan 
los zapatos viejos, 
destrozó el cristal 
de mis gafas de lejos, 
sacó del espejo 
su vivo retrato, 
y, fui, tan torero, 
por los callejones 
del juego y el vino, 
que, ayer, el portero, 
me echó del casino 
de Torrelodones. 

Qué pena tan grande, 
negaría el Santo Sacramento, 
en el mismo momento 
que ella me lo mande. 

Y eso que yo, 
paro no agobiar con 
flores a María, 
para no asediarla 
con mi antología 
de sábanas frías 
y alcobas vacías, 
para no comprarla 
con bisutería, 
ni ser el fantoche 
que va, en romería, 
con la cofradía 
del Santo Reproche, 
tanto la quería, 
que, tardé, en aprender 
a olvidarla, diecinueve días 
y quinientas noches. 
Y regresé...

Роман наш длился, 
Сколько длятся две льдинки 
в стакане виски. 
И чем притворяться 
Или швырнуть в меня бокалом ревности, 
Она рассмеялась. 
Я вдруг увидел себя 
Бездомной собакой, 
облаивающей двери неба. 
Она мне оставила чемодан унижений, 
Мед на губах, 
И иней в волосах. 

Мои любовницы 
Были правы 
В том, что раньше 
Виноватым был я, 
За одним исключением: 
В этот раз 
Я хотел хотеть ее любить 
А она – нет. 
И вот она ушла, 
И оставила мое сердце 
В руинах 
И меня на коленях. 
Из такси, 
И это было чересчур, 
Она бросила два поцелуя… 
Один из них в щеку. 

И я вернулся 
К проклятьям 
Шкафа без ее одежды 
К беспамятству 
На барных стойках 
К золушкам на углу, 
Работающим за деньги, 
И, шатаясь по этим забегаловкам 
Где нальют «Фино ля Ина» 1, 
Платя за услуги 
Бездушных людей, 
Теряющих покой 
От кокаина, 
Сходя с ума, 
Проматывая 
Кошелек и жизнь, 
Я уже считал ее 
Более или менее забытой. 

И это при том, что я, 
Чтобы не унижать 
Деву Марию цветами 2, 
Чтобы не осаждать ее 3 
Своей антологией 
О холодных простынях 
И пустых постелях, 
Чтобы не покупать ее 
Дешевой бижутерией, 
И быть тем болваном, 
Который идет в паломничестве 
Со своей общиной 
Святого Упрека, 
Я так ее любил, 
Что мешкал научиться 
Ее забыть 19 дней 
И 500 ночей. 

Она сказала здравствуй и прощай, 
И хлопок двери прозвучал 
Как знак вопроса, 
Подозреваю, что так 
Мстил, через забвение, 
Мне Купидон. 
Прощения не прошу, 
Зачем? Чтобы она меня простила, 
Потому что ей уже все равно… 
У нее всегда был очень высокий лоб, 
Очень длинный язык, 
И очень короткая юбка. 

Она меня бросила, 
Как бросают 
Старые туфли, 
Разбила стекло 
Моих очков на дальность, 
Забрала у зеркала 
Свой живой портрет. 
И я ушел, такой тореро, 
По переулкам 
Игры и вина, 
Что вчера швейцар 
Вышвырнул меня из казино 
в Торрелодонесе 4. 

Какая огромная боль, 
Я бы отказался от Святого Причастия, 
В тот самый миг, 
Когда она бы мне его послала. 

И это при том, что я, 
Чтобы не унижать 
Деву Марию цветами, 
Чтобы не осаждать ее 
Своей антологией 
О холодных простынях 
И пустых постелях, 
Чтобы не покупать ее 
Дешевой бижутерией, 
И быть тем болваном, 
Который идет в паломничестве 
Со своей общиной 
Святого Упрека, 
Я так ее любил, 
Что мешкал научиться 
Ее забыть, 19 дней 
И 500 ночей. 
И я вернулся…

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments