koshchey (koshchey) wrote,
koshchey
koshchey

Давно у меня не захватывало дух от чтения. Доклад ВАДА по употреблению допинга российскими спортсменами на Олимпиаде в Сочи полностью восполнил этот пробел. Цитировать можно с любого места -)

«ФСБ разработала метод незаметного вскрытия пробирок с мочой с целью подмены образцов. Специально для замены положительных проб был создан специальный банк мочи спортсменов, из которого и брались отрицательные анализы. Координирующую роль на этом этапе государственной системы управления играла Ирина Родионова. Родионова сейчас занимает должность заместителя директора Центра спортивной подготовки сборных команд России (ЦСП), который подчиняется Министерству спорта России. Она была членом Олимпийского Комитета России (ОКР) во время Игр 2014 года в Сочи в качестве главы Управления мониторинга медицинских и антидопинговых программ, а также членом ОКР во время Игр 2012 года в Лондоне в качестве руководителя Управления медицинских и научно-исследовательских программ. Спортсмены по инструкции собрали то, что считалось чистыми образцами мочи. Родионова получала эти образцы от спортсменов и отправляла их на хранение в морозильных камерах ЦСП. Д-р Родченков тестировал на выбор любые из этих образцов чистой мочи, чтобы убедиться, что они, фактически, были отрицательными. После того как банк чистой мочи для избранных спортсменов был полностью сформирован, он был тайно перевезен ФСБ из Москвы в морозильную камеру здания ФСБ, расположенного в Сочи рядом с лабораторией. Там банк чистой мочи находился в ожидании момента, когда в Сочи потребуются образцы из него. Подмена по большей части происходила так: пробирки с пробами А и B передавались через «мышиную дыру» в комнате для аликвотирования из защищенного периметра лаборатории в Сочи в примыкающую манипуляционную вне этого периметра. Оттуда сотрудник ФСБ офицер Евгений Блохин забирал пробирки B и покидал манипуляционную. В то же время чистая моча спортсменов, сдавших анализ в Сочи на допинг-контроль, извлекалась из морозильной камеры в здании ФСБ и переносилась в манипуляционную комнату, чтобы завершить разморозку. Туда же сотрудник ФСБ Блохин приносил вскрытые пробирки B без крышек. Грязная моча утилизировалась, заменялась чистой мочой и помещалась в пробирки А и B. После этого пробка помещалась на место в пробирку А, а колпачок ввинчивался на бутылку B; бутылки передавались обратно через «мышиное отверстие» — на безопасный периметр комнаты для аликвотирования лаборатории, в полной готовности к проведению клинического анализа следующим утром...»

«Роль доктора Родченкова в этой схеме подмены мочи заключалась в том, чтобы обеспечить полное соответствие нового образца информации об удельном весе (УВ), указанном в первоначальном протоколе допинг- контроля (ПДК) на Олимпиаде в Сочи. Эта корректировка осуществлялась с помощью добавления в мочу поваренной соли, чтобы поднять удельный вес чистой мочи, или дистиллированной воды, чтобы растворить образец чистой мочи так, чтобы он как можно ближе соответствовал числу, указанному в протоколе допинг-контроля. Достоверность заявлений д-ра Родченкова подкрепляется данными криминалистический анализа, которые включают лабораторный анализ содержания соли в образцах, отобранных следственной группой. Лондонская лаборатория, сертифицированная ВАДА, провела криминалистический анализ и показала, что из представительных образцов 6 имели содержание соли выше показателя, который характерен для мочи здорового человека. Судебная экспертиза на наличие следов и царапин на крышках пробирок подтвердила, что они открывались. Оба результата подтверждают показания д-ра Родченкова. В отчет был также включено краткое описание влияния российского государства на Московскую лабораторию. В нем был сделан вывод, что между офицером ФСБ Евгением Блохиным («сотрудник ФСБ Блохин») и врачом Родченковым происходили регулярные еженедельные встречи».

«Московская лаборатория действовала под непосредственным надзором и управлением ее действующей антидопинговой системы со стороны государства. От персонала московской лаборатории требовалось быть частью системы, руководимой государством, которая позволяла российским спортсменам участвовать в соревнованиях, используя допинговые вещества. Персонал московской лаборатории не имел выбора, участвовать или не участвовать в руководимой государством системе».

«При проведении анализа пробы российского спортсмена в Московской лаборатории происходило следующее. Проводился первоначальный анализ пробы. Если первый анализ показывал вероятный неблагоприятный результат анализа (AAF) пробы А спортсмена, ее обработка в лаборатории приостанавливалась. Записывались номер пробирки с пробой, дата взятия, пол спортсмена, спортивная дисциплина и соревнование («Профиль спортсмена»). Первоначальный Профиль спортсмена сообщался Посреднику. Персонал лаборатории связывался с Посредником по электронной почте, по телефону, в устной форме лично или с помощью других электронных носителей информации. В этот момент лаборатория не знала личность спортсмена, о котором сообщала Посреднику.
Расследование определило трёх участников, которые выступали в качестве Посредников в этой схеме уже в 2012 году. Наталия Желанова, в настоящее время советник российского министра спорта Виталия Мутко, по всем вопросам, связанным с борьбой с допингом, была Посредником примерно в 2012-2013 гг., а Алексей Великодный, работавший в ЦПС с 2013 по 2015 гг. - до потери Московской лабораторией аккредитации. В течение краткого периода в конце 2013 года эту роль выполнял третий Посредник, доктор Авак Абалян, в настоящее время заместитель директора Департамента образования и науки. Сотрудники расследования проанализировали и подтвердили, что связь от этих людей шла с личных адресов электронной почты. Известно по крайней мере о двуx случаях, когда Желанова использовала свой официальный адрес электронной почты Минспорта @minsport.gov.ru для передачи информации, связанной с образцом мочи в лабораторию и обратно. По словам доктора Родченкова, процесс посредничества был одобрен российским заместителем министра спорта Юрием Нагорных после вступления в должность (Нагорных был назначен на должность лично президентом РФ Владимиром Путиным - прим). Заместитель министра дал указания доктору Родченкову передавать все положительные результаты анализа Желановой.
После того, как Посредник получал профиль спортсмена, он или она получал личные данные спортсмена, обращаясь в РУСАДА, передавая номер пробирки с идентифицированным образцом мочи. РУСАДА определяло личные данные спортсмена через протоколы допинг-контроля спортсмена и передавало информацию посреднику. Затем Посредник передавал полный профиль спортсмена заместителю министра Нагорных. После наведения справок у спортивных руководителей и у тренеров относительно конкретного спортсмена, заместитель министра Нагорных давал указание по этой пробе...»

«Всего за период 2012-2015 гг. расследование выявило использования метода сокрытия положительных проб в 643 положительных пробах».

«Количество исчезнувших положительных результатов анализов российских спортсменов по видам спорта: легкая атлетика - 139, тяжелая атлетика - 117, неолимпийские виды спорта - 37, паралимпийский спорт - 35, борьба - 28, каноэ - 27, велоспорт - 26, конькобежный спорт - 24, плавание - 18, хоккей -14, лыжный спорт - 13, футбол, гребля – по 11, биатлон - 10, бобслей, дзюдо, волейбол – по 8, бокс, гандбол – по 7, тхэквондо - 6, фехтование, троеборье – по 4, современное пятиборье, стрельба – по 3, пляжный волейбол, керлинг – по 2, баскетбол, парусный спорт, сноуборд, настольный теннис, водное поло – по 1».

«Подготовка к Сочи началась за годы вперед, когда МОК предоставил России право провести Игры в Сочи. Однако, реальным стимулом для разработки Сочинской схемы было крайне неудачное выступление российской сборной на Зимних играх 2010 года в Ванкувере. По словам доктора Родченкова, было решено не допустить, чтобы такое произошло в Сочи, и министр Мутко, замминистра Нагорных и заместитель директор ЦПС Ирина Родионова придумали план, гарантирующий большое количество медалистов. План по защите грязных спортсменов состоял из трех частей: 1) разработать «необнаруживаемую» фармакологическую программу, которую будут принимать спортсмены, определенные для участия в программе; 2) государственный контроль над всеми частями антидопинговой программы; 3) государственная поддержка посредством содействия ФСБ. Замминистра Нагорных нес основную ответственность за выполнение плана на Сочи. Хотя он непосредственно отчитывался перед министром Мутко, за план на Сочи отвечал он и получал содействие от Родионовой. Использовались все государственные ресурсы, включая ФСБ для содействия в выполнения плана. Ранние архитектурные чертежи Сочинской лаборатории показывают, насколько важной была ФСБ для выполнения плана, ведь они имели свои собственные специальные помещения в здании лаборатории. ФСБ играла важнейшую роль во вскрытии флаконов с пробами B, используя свой необнаруживаемый (как они считали) метод. Мы имеем доказательство того, что у ФСБ была методология для вскрытия флаконов с образцами, существовавшая в Московской лаборатории уже в феврале 2013 года. Таким образом, пробирки в Сочи можно было вскрыть, но проблема заключалась в том, как их вскрыть в лаборатории, полной международных наблюдателей и персонала. Первый помощник доктора Родченкова Юрий Чижов предложил оригинальное решение передавать «грязные» образцы через отверстие, просверленное между комнатой аликвотных проб в защищенной зоне лаборатории и смежной «рабочей» комнате за пределами защищенной зоны. Эта схема была одобрена заместителем министра Нагорных и Чижов с сотрудником ФСБ Блохиным самостоятельно отправились в Сочи, чтобы организовать наличие этого отверстия. После того как ключевой элемент схемы был реализован, захват игр в Сочи мог продолжаться свободно и без препятствий со стороны международных наблюдателей. Имело значение то, что здание ФСБ расположено рядом с антидопинговой лабораторией в Сочи. Но проверка жесткого диска доктора Родченкова выявила наличие помещения ФСБ в самой антидопинговой лаборатории, на четвертом этаже рядом с кабинетом доктора Родченкова. Свидетели подтверждают, что это помещение использовал сотрудник ФСБ Блохин».

«Сбор пробы защищенного спортсмена проводился в присутствии руководителя службы допинг-контроля в определенном месте проведения мероприятия. Спортсмен опечатывал бутылочку, заполнял протокол допинг- контроля, а затем фотографировал номер бутылочки с пробой. Потом информация отправлялась Родионовой. Она в свою очередь передавала эту информацию директору Родченкову по телефону или в текстовом сообщении и сообщала, что необходимо провести подмену бутылочки с мочой».

«В удобное время, обычно в полночь, когда в комнате никого не было, Курдяцев перемещал пробы А и B защищенных спортсменов через отверстие в канализации из комнаты аликвотирования в комнату обработки проб, где в это время находились директор Родченков и другие сотрудники. После перемещения пробы попадали к сотруднику ФСБ Блохину, у которого был допуск в лабораторию в качестве инженера водопровода/канализации, нанятого проектно-конструкторской компанией «Билфингер». Сотрудник ФСБ Блохин забирал бутылочки с пробами B и возвращал их через два часа со снятыми крышками. Также он приносил в лабораторию бутылки с чистой мочой спортсменов из здания ФСБ...»

«Эксперт подтвердил, что на внутренней стороне крышек всех бутылочек имеются царапины и следы, что свидетельствует об использовании инструмента для открытия крышки. Таким образом, в представительной выборке проб, которые были подменены, на 100% бутылочек имеются следы фальсификации...»

И так далее.

Охереть. https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=10204949801744231&id=1816653547

С такой изобретальностью бы, компы сооружали.

Ну, кацапы — гордитесь!!!
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments